Пой, молись, люби - Страница 39


К оглавлению

39

— …То ты немедленно продашь дом, — шутливо закончила она, когда он легко подхватил ее на руки.

— Это невозможно. Хевелинг принадлежит тебе.

— Мне? — в замешательстве переспросила Эва.

— Он записан на твое имя. Считай его свадебным подарком.

— А тот дом в городе ты думаешь продавать? — удивленно пробормотала она.

— Зачем? Он еще пригодится, если мы захотим устраивать приемы.

Покинутым женам супруг оставляет дом? Зак сохраняет свой новоорлеанский особняк для себя на случай, если их брак распадется? Нет, сумасшествие с ее стороны думать об этом сейчас, когда Зак склонил к ней голову и запечатлел на ее губах такой долгий страстный поцелуй…

Позже, удобно свернувшись в клубочек и умиротворенно вздыхая, Эва нежно потерлась щекой о его гладкое загорелое плечо и представила себе его беспорядочное, лишенное семейного уюта и материнской заботы детство.

— Ты ведь дружишь со своими братьями и сестрами?

— Я до сих пор не перестаю удивляться, каким несносным плаксой и врунишкой был в детстве Валиас, как он порой бесился, — задумчиво проговорил Зак. — А Деспина всегда была спокойной, серьезной. Она ходила за мной по пятам. Двойняшки родились вскоре после того, как я поступил в колледж и отдалился от запутанной отцовской личной жизни. Но их мать была уверена, что я патологически ревную к ним отца. Боже, она просто ударялась в панику, когда я приближался к ним.

— Истеричка! — с чувством воскликнула Эва.

Зак сдержанно усмехнулся.

— Теперь она переменилась. Она больше не вышла замуж и ненавидит Маргарет, а если с Янной и Элени возникают проблемы, обращается ко мне.

— А почему не к их отцу?

— Андреас под любым предлогом увильнет, а его предлог — это Маргарет. Она держит отца в ежовых рукавицах. Гордится, что продержалась дольше своих предшественниц. У нее очень властная натура, но иногда мне становится ее жаль. Ей уже тридцать семь, и я уверен, что она хотела бы иметь детей, но убеждена, что ребенок приведет ее к разводу. Судя по предыдущим случаям, она, скорее всего, права, — заметил Зак. — Как и я, Маргарет давно поняла, что стоит супруге стать матерью, как Андреас теряет к ней интерес.

Эва насторожилась.

— Но ведь ты не такой?

— Если я и такой, глупо было бы тебе признаваться, — усмехнулся Зак.

— Зак, пожалуйста, будь серьезен.

— Зачем? Ведь детей у нас в ближайшем будущем не предвидится, — ответил он убежденно.

Эва нахмурилась, неприятно пораженная тем, что он не считает необходимым узнать ее мнение по этому поводу.

— А когда же… ты полагаешь?..

Он нетерпеливо передернул плечами.

— Скажу откровенно — я вовсе не собираюсь состязаться с твоим бывшим женихом в способности к воспроизводству потомства. Да и твоя кузина тоже не объект для подражания.

Услышав его ответ, Эва в замешательстве приподнялась на локте, чтобы заглянуть ему в лицо.

— И в ближайшее время я менять своих планов не намерен! Обращай пока свои материнские инстинкты на четвероногих друзей человека.

Эва отпрянула от него, словно ее укусила змея.

— Значит, и ты такой же, как твой отец! — воскликнула она.

— Если бы я был таким, как Андреас, ты была бы покинута прежде, чем на брачном свидетельстве успели высохнуть чернила!

Она застыла, не веря своим ушам.

Зак не стеснялся прибегать к запрещенным приемам. А разве ты удивлена? — назидательно произнес голосок внутри нее.

— Ну и почему же ты так не поступил? — спросила она.

— Я сейчас не расположен продолжать разговор.

И, выругавшись сквозь зубы, Зак потушил свет и повернулся к ней спиной. Эва с трудом заставила себя промолчать. Но внутри все кипело от возмущения. Да, она хотела бы иметь от него ребенка, но только когда убедится в прочности их союза.

А он не хочет детей вообще или не собирается допускать случайной беременности, раз уверен, что их брак не окажется продолжительным? Эва вспомнила, как сама недавно подумала, что влюбленная женщина, которой мужчина не отвечает взаимностью, становится неуверенной в себе, мнительной и беспокойной. Именно это сейчас и происходило с ней.

9

— Извините, — ответил вежливый женский голос, когда, едва проснувшись, Эва поспешно набрала номер офиса мужа, — мистер Сфаэлос на конференции.

— Извините, — ответил тот же раздражающе бесстрастный голос час спустя. — Мистера Сфаэлоса сейчас нет на месте.

— Мне очень жаль, — услышала она в трубке незадолго перед обедом, и на этот раз в голосе послышалась усталая укоризна. — Мистер Сфаэлос сейчас в полете.

В полете? Отбросив промелькнувшее в голове нелепое видение — Зак, свободно парящий под потолком собственного кабинета, — Эва швырнула трубку. До нее, наконец, дошло, что Зак не внес имя своей жены в список лиц, имеющих право на немедленную связь с ним по телефону. По оплошности или намеренно? Неужели это еще одно проявление его недовольства?

В душе у нее медленно нарастало раздражение. Она не сделала ничего, чтобы заслужить подобное обращение.

В восемь часов вечера Зак позвонил ей из Далласа. — Здесь проблем невпроворот. Я не вернусь сегодня, — сообщил он. — У тебя все в порядке?

— Все великолепно, — сдержанно ответила Эва, хотя гнев холодом сковал ей грудь.

— Мне может понадобится дня два, чтобы сдвинуть дело с мертвой точки.

— Понимаю.

— Мне нужны данные из документа, который лежит у меня на столе в кабинете.

Он пустился в объяснения тем же тоном, каким обращался к ней, когда она была его подчиненной. Эва вспомнила, что Зак всегда говорил с ней в такой отчужденной манере, когда между ними пробегала черная кошка. Он держал ее на расстоянии, не допуская возражений и любых разговоров на личные темы. Эва уже не удивлялась; почему ей было так неловко говорить с ним по телефону перед их свадьбой. Его ледяной тон сковывал ей язык, из трубки так и веяло полярным ветром.

39